Их обручило море
Виктор Новиков
![«Ves.LV»](http://www.fenster.lv/media/themes/default/images/data/logo/veslv.gif)
Несколько дней назад юбилей отпраздновала Нина Прокопьевна Ткач. Во второй половине сороковых годов она работала третьим помощником капитана — практически со дня основния Латвийского морского пароходства, а затем долгие годы возглавляла навигационную камеру пароходства, преподавала и в Рижской школе морского обучения.Многие, не только мальчишки, но и девчонки, мечтают о море. Но редко кому удается осуществить эту мечту.До войны семья Нины жила в Ленинграде. Соседками по дому были две девушки, которые учились в речном техникуме. Они часто приглашали четырнадцатилетнюю Нину на прогулку, рассказывали ей о судовождении, о штурвалах, компасах, якорях. Показывали, как вязать узлы. Все это так интересно! К профессии штурмана Нину готовили и книги. Примером девушке был ее дядюшка — он ходил в море.
Во время войны Нину, ее маму и сестру эвакуировали в Кировскую область. В осажденном Ленинграде много людей погибло, умерли и девушки–судоводители. Из всех оставшихся в городе родственников блокаду пережила лишь одна Нинина тетушка.
Но вот закончилась блокада, Нина получила письмо от подружки, в котором та писала: "Приезжай скорее — мореходное училище объявило набор!"
Учиться на штурмана!Что тут долго думать? Скорее ехать! Но как? Нине повезло: из района, где она жила, в Ленинград надо было перевезти стадо коров. Девушку взяли выполнять обязанности сопровождающей, тогда она уже была взрослой — в 16 лет получила паспорт. Коровы благополучно были доставлены по назначению. Нина приехала к тетушке и сообщила ей о своем желании поступать в мореходку. А на второй же день направилась в паспортный стол за пропиской. Там ей говорят:
— Ты что, из космоса прилетела? Паспорт чистенький, только фотография и имя! Ни города, ни села. Откуда ты?
Девушка все рассказала — что да как. Выслушали ее внимательно, спрашивают:
— Чем, Нина, думаешь заниматься?
— Учиться буду, — отвечает девушка. — В мореходном училище — на штурмана.
— Нам в городе сейчас нужны связисты. Иди, поступай на связистку. Поступишь — только в этом случае тебя пропишем.
Приходит Нина домой, заявляет тетушке:
— Все равно хочу учиться на штурмана! Если не в мореходку, то головой в Фонтанку — и все!
Тетя в слезы! Племянница тут у нее единственная родственница.
А Нина направилась в мореходное училище сдавать экзамены. Сдала. Через несколько дней пришла, смотрит — а в списках ее нет! Как же так?
Девушка направилась в приемную комиссию. Там серьезная сотрудница сидит. Нина спрашивает:
— Почему меня не приняли?
— Плохую оценку получила.
— По какому предмету?
— По литературе, — говорит женщина.
Нина подумала: "Как же так? С литературой у меня всегда все хорошо было…" Поэтому поинтересовалась:
— А можно посмотреть работу?
— Пожалуйста, — говорит сотрудница училища.
Находит она Нинино сочинение — а там отличная оценка!
На это женщина говорит:
— Сейчас я допишу тебя в список.
Так девушка поступила в мореходку. Приходит домой, тетушка волнуется.
— Поступила! — говорит племянница. — Пошли прописываться!
В паспортном столе удивились Нининому "самоуправству", да что поделаешь! Прописали.
Год отучилась Нина, а тут вдруг средние мореходки закрыли. И учащимся–судоводителям предложили идти на только что организованные годичные курсы штурманов малого плавания.
Нина поступила на эти курсы и успешно закончила их.
Главный документ
Молодого судоводителя Нину направили в Латвийское пароходство, а там назначили штурманским учеником на пароход "Эверанна". Случилось так, что вскоре освободилось место третьего помощника. Людей на флоте не хватало, и капитан перевел на освободившуюся должность девушку–судоводителя. Следующим Нининым судном стал пароход "Даугава".
Район плавания судов, где Нина работала третьим помощником капитана, было Балтийского море — порты Швеции, Норвегии, но чаще всего — Германии.
Однажды на пароход "Даугава" из отдела кадров прислали матроса Алексея Ткача. Старший штурман определил его на вахту третьего помощника, где он стоял на руле. Так Нина познакомилась со своим будущим мужем.
Шло время, Алексея повысили в должности, он стал боцманом. Третий штурман и боцман находили много общих тем для разговоров, стали неразлучными друзьями, а вскоре дружба переросла в любовь. Молодые люди поняли, что должны всегда быть вместе. Их обручили на судне. До списания с "Даугавы" был еще долгий срок — и старпом предложил зарегистрировать их брак. Ведь по закону капитан имеет право регистрировать различные акты гражданского состояния: например, смерть, рождение. А тут в судовом журнале появилась запись о том, что Нина и Алексей стали мужем и женой. Копия этой записи и сейчас хранится у Нины Прокопьевны. Потом новобрачные зарегистрировали свой союз и в загсе, но та запись — главный документ их семьи.
65 лет прожили вместе Нина Прокопьевна с Алексеем Ивановичем. В сентябре 2011 года его не стало.
А тогда, после Второй мировой войны, все только начиналось.
Уже поработав на судах, Нина Прокопьевна закончила курсы среднего комсостава в Одессе. Их же, а затем и мореходное училище закончил Алексей Иванович, он работал штурманом на различных судах, а затем и капитаном, возглавлял экипажи танкеров "Вентспилс", "Ельня", "Бауска", "Балдоне"… Фамилия Ткач известна среди латвийских моряков.
В первые годы семейной жизни обрученная морем молодая пара ходила по разным морям, в одном порту муж и жена пересекались редко.
Последний рейс "Разлива"
Навсегда Нине Прокопьевне запомнилась гибель парохода "Разлив"…
Было жаль это судно. Пароход новый, его только–только получили из Финляндии. Да, как сейчас говорят, подвел человеческий фактор…
Алексей Ткач тогда находился на берегу. Приходит он как–то в навигационную камеру перед выходом в рейс, а ему говорят:
— Поставьте на карте новый топляк. Координаты такие–то.
Алексей отметил на карте недавно затонувшее судно, спрашивает:
— А как название парохода, который пошел на дно?
— "Разлив".
На какое–то время Алексей потерял дар речи. Ведь в то время на "Разливе" третьим штурманом была его жена…
Лишь через несколько дней узнал Алексей Иванович, что во время подрыва судна на мине никто не погиб. Тут же побежал он домой к родственникам Нины Прокопьевны. И как только ему открыли дверь, радостно прокричал:
— Нина жива! Не погибла!
Нинины тетя, мама и сестра от удивления широко открыли глаза:
— Что–о–о?!
Тут до Алексея дошло, что переборщил. Ведь он никому не говорил, что Нинино судно пошло ко дну. Начал выкручиваться… Хоть и с трудом, но это ему удалось.
Вперед — по минному полю!
Когда в 1947 году "Разлив" поступил в Латвийское пароходство, дела на судне принял капитан Эмсиньш. Он был орденоносцем — награду получил за хорошую работу.
26 сентября судно шло под погрузку в немецкий порт Росток. Подошли к входному фарватеру. Там — пятый буй, от него — иди дальше от буя к бую по протраленной от мин "морской дорожке". А рядом с этим фарватером — опасный для судоходства район. Частенько донные мины срывало с якорей, и они пускались в свободное плавание. Заметив опасную "путешественницу" с фарватера, судно сразу же передавало ее координаты радиограммой в моринспекцию. После такого сигнала приходил тральщик и уничтожал мину.
Третий штурман Нина Ткач поднялась на мостик, принимая вахту, посмотрела на навигационную карту. Курс на ней проложен прямо по минному полю.
Нина с удивлением спросила у сдающего вахту старпома:
— Кто проложил такой курс?
Он ответил:
— Курс проложил капитан.
После вахты Нина спустилась в каюту, улеглась и быстро заснула.
И вдруг ее будит толчок какой–то — "Разлив" неожиданно подпрыгнул!
Девушка посмотрела в иллюминатор: на море штиль, вокруг судна словно озеро — видны проблески маяка, которые умиротворяюще отражаются в воде.
Что случилось — не понять.
"Ладно, — подумала девушка, — буду спать дальше. Если что–нибудь серьезное, быстро сообщат". И улеглась опять в постель. Но ненадолго. Прибегает взволнованный второй штурман:
— Собирай документы!..
"Подрыв!"
Оказывается, следуя проложенным по карте курсом — напрямик, срезая угол через минный район, пароход "Разлив" подорвался на магнитной мине. Взрыв произошел в районе машинного отделения. Судно лишилось электропитания, в корпус парохода стала поступать вода. Машина вышла из строя. Радист "Разлива" Грант Серебряков подал сигнал SOS. Экипаж действовал согласно расписанию.
На бак моряки отнесли все карты и подожгли их, чтобы привлечь внимание проходящих мимо судов. Конечно, жаль было карты, да кому они теперь пригодятся, если тонет судно?!
Третий помощник Нина Ткач с документами вслед за остальными членами экипажа спустилась в спасательную шлюпку. Тут к терпящим бедствие подошло деревянное немецкое рыболовное судно и всех, кто находился в шлюпке, подняло к себе на борт. Его деревянный корпус, по крайней мере, не притягивал к себе магнитные мины.
На рыбаке "разливовцы" добрались до порта Свиноусце, там каждого подробно опросили, а затем уже на попутных пароходах моряки "Разлива" группами добирались до портов Союза.
Капитан за свою преступную самоуверенность получил два года тюрьмы и потом, когда вышел, работал лоцманом в Рижском порту.
В навигационной камере
А Нина Ткач продолжала ходить в море третьим помощником капитана. Года через три по ряду обстоятельств, в том числе и в связи с необходимостью быть рядом с подраставшим у нее с Алексеем Ивановичем сыном Алешей, Нина Прокопьевна перешла работать на берег начальником навигационной камеры Латвийского пароходства. Эта работа хоть и была береговой, являлась для штурмана работой по профессии. Нина Прокопьевна и Алексей Иванович решили: пусть один из них остается работать в море, а второй будет на берегу. Обоим — мужу и жене — ходить в море сложно. В навигационной камере Нина Прокопьевна Ткач отработала 15 лет…
29 апреля друзья бывшего штурмана, которых находятся на разных широтах и долготах, тепло поздравили Нину Покопьевну с днем рождения. К этим поздравлениям присоединяется "Вести Сегодня".
"Вести Сегодня", № 51.