Начальник Рижского порта
Дмитрий Март
12 апреля 2012 («Вести Сегодня Плюс» № 30)
![](/files/images/text/Evstigneev-.jpg)
— Я родился на Украине в городе Краматорске в семье простых рабочих. Но так получилось, что меня воспитывал дедушка, который жил в селе в Донецкой области. Так что я простой парень из деревни. Помню и голод, и нищету. У моего деда, Ивана Семеновича Евстигнеева, оказалось на руках аж 13 внуков. Дело в том, что он проводил на фронт 9 мужиков — 6 сыновей и 3 зятьев. Дочери и невестки работали в госпиталях, а ребят отправили в деревню. Так и образовался этот сельский "детский садик". Из девятерых ушедших на фронт 8 погибли, в том числе и мой отец. У нас не было на всех ни одежды, ни обуви. В школу ходили по очереди, через день.
По нынешним временам мне была бы, наверное, хана. Но тогда советское государство реально заботилось о детях. Все мои двоюродные братья и сестры вышли в люди. Получили хорошее образование. Сам я после школы поступил в легендарный Одесский институт инженеров морского флота, который считался кузницей кадров для портов СССР. Затем получил направление в Рижский порт. Что вовсе не случайно: как раз в латвийской столице я проходил дипломную практику. Писал свою работу по просьбе порта. Посвятил диплом именно его будущему развитию. Защитился на "отлично".
Надо сказать, что в СССР порты Прибалтики были на особом счету. Сюда направляли лучших из лучших. Таких же отличников, как и я. Известно, что история Рижского порта еще более древняя, чем история самой Риги. Особенно его значимость возросла в XIX веке, когда он стал одним из ведущих в Российской империи. Так что еще до Второй мировой войны Латвия получила крупный объект. Однако в 1944 году во время отступления немцы полностью уничтожили морские ворота Риги, чтобы они не достались Красной армии. Все портовые сооружения были разрушены до основания. Дотла! Причалы взорвали, а технику утопили. Пришлось нашим отцам и дедам приложить колоссальные усилия, чтобы возобновить работу.
Я переступил порог проходной Рижского порта 8 августа 1959 года. Согласно направлению назначили стивидором. Это самая низшая ступень. В мои задачи входила организация портовых грузовых работ. Можно сказать, что я начинал от причала. Кругом были вагоны, суда, шла то их разгрузка, то загрузка. Поселили меня в общежитии на ул. Катринас. Даже кровати не дали, так как я считался уже семейным. Накануне женился. Я приехал с чемоданчиком, полным книжек и справочников, да с рюкзаком в руках. Вышел на улицу, смотрю, недалеко стоит киоск, накупил газет, потом их постелил на полу, чтобы было мягче. Так и переночевал. Так я впервые познакомился с газетой "Советская молодежь".
Тогдашний начальник Рижского порта Степан Сивцов лично принимал молодых специалистов и беседовал с ними. Он мне предложил более спокойную должность в коммерческом отделе, но я отказался. Сказал, что хочу узнать, с чего все начинается. С какой балясины, как говорят моряки. Он понял, что я хочу пройти все ступени. Спросил, как я устроился. Тогда я ему рассказал о своем ночлеге на газетах. Он тут же позвонил в общежитие, дал раздолбон, и к моему приходу уже установили железную кровать с матрацем. Роскошно! А через год приехала моя супруга Нелли, которая училась на педиатра в Одесском медицинском институте.
![](/files/images/text/Evstigneev1.jpg)
В советскую Латвию частенько приезжали высокие руководители. Скажем, в августе 1978 года наш Рижский порт посетил даже председатель Совета министров СССР Алексей Николаевич Косыгин. У меня до сих пор сохранились снимки. В результате этого визита за 2 года был построен современный рижский контейнерный терминал на Кундзиньсале. Впрочем, до этого я на протяжении 8 лет возглавлял еще Вентспилсский порт, в который тоже вложил немало сил. Я тогда стал самым молодым начальником порта в СССР: в 1967 году мне было всего 30 лет. Вентспилс стал для меня первым вызовом такого масштаба. И я его принял.
Создал отличную команду. Наш коллектив называли комсомольско–молодежным. Мы занимались капитальным строительством, ремонтом, реконструкцией портовых сооружений, оснащением современной техникой и возведением новых терминалов. Пахали день и ночь. Доработался до того, что мой сын Игорь спросил у мамы: "А кто этот дядя?" Тогда моя супруга Нелли (к несчастью, она умерла 4 года назад) сказала прямо: "Валька, очнись!" Мол, пора обратить на семью внимание. Сейчас сыну уже 44 года. Он пошел по моим стопам: окончил Макаровку в Ленинграде, работает в морской фирме.
Что я мог ответить жене? Мы ведь действительно не знали ни выходных, ни праздников. Хотя со стороны, наверное, кажется, что начальник порта — это теплое место. Да при той системе контроля оно было горячим! Нужно было в лепешку расшибиться, а добиться поставленных задач. Выполнение плана считалось святым долгом любого советского руководителя. За работу в Вентспилсе я получил две правительственные награды — орден "Знак Почета" и орден Трудового Красного Знамени, а также очень престижное звание — "Почетный работник минморфлота СССР".
![](/files/images/text/port.jpg)
В 1976 году меня назначили замначальника Главного управления флота и портов СССР. Я курировал все советские порты. Из моего кабинета в центре Москвы были видны кремлевские звезды. Хотя в глазах то и дело мерещились краны, маяки… И тут в Первопрестольную поступила настоятельная просьба от ЦК Компартии Латвии вернуть меня в Ригу и назначить начальником порта. Вот тогда я вспомнил свою беседу с Арвидом Яновичем Пельше, который перед отлетом на Кубу мне сказал: "Езжай, но все равно вернешься к нам обратно!" Так оно и произошло. Предыдущий начальник Рижского порта Анатолий Патрунак ушел на пенсию, но не оставил преемника.
Мне тогда было всего 40 лет. Конечно, я мог отказаться. Москва есть Москва. Впереди маячили большие перспективы. Однако как я мог отказать любимой Риге! Я понимал, что она во мне искренне нуждается. Это я сейчас и негражданин, и "оккупант", а тогда был ценным специалистом, за которого ходатайствовало высшее руководство центральной республики Прибалтики. И через какой–то период я и моя команда превратили Рижский торговый порт в опытно–показательный, испытательный полигон всего министерства морского транспорта СССР.
Благодаря моим связям в центре мы получала лучшее оборудование, которое только закупалось за рубежом Советским Союзом. Скажем, японскую технику. У нас испытывали самые передовые технологические разработки. После обкатки и доработки все шло уже в другие порты. Жаль, что теперь обо всем этом можно говорить в прошедшем времени… Отмечу, что за работу в Риге меня наградили двумя орденами Трудового Красного Знамени.
— От души поздравляем вас, Валентин Михайлович, с юбилеем!
"Вести Сегодня +", № 30.